Понедельник, 16 июля 2018 16 +  RSS
Понедельник, 16 июля 2018 16 +  RSS
13:42, 16 января 2015

Весь мир под ногами


Про пилотов, крылья и воздух – Александр Орлов, руководитель парапланерного клуба «Вектор-Новосибирск».

10827986_10205353048295940_2446582615071144572_o

Один из известнейших сибирских пилотов говорит, что попал в парапланеризм случайно. С детства занимался экстремальными видами спорта: сноубордом, горными лыжами, прыгал с парашютом. В 2002 году, возвращаясь с прыжков, на разъезде Иня увидел яркий купол — и совершил первый полёт. В 2004-м открыл в Новосибирске филиал московской парапланерной школы «Вектор». Занимался обучением, развитием парапланерного спорта, проводил соревнования.

– Александр, кто приходит к вам летать? И зачем это людям? Высоко же, страшно…

– Людям сегодня катастрофически не хватает эмоций. Все живут по шаблону: дом, работа, магазин, иногда на шашлыки поехать. Подарки, поездки – всё это рутинно и в сотый раз просто неинтересно. А полёт в тандеме с инструктором, которому доверяешь, — это чистая радость. На всю жизнь запоминается. Страшно? На параплане высота не страшная. Другое восприятие. 60 процентов пришедших летать перед полетом говорят: боимся. Еще процентов 20 в этом просто не признаются. Взлетаем — страх проходит. А по приземлении все счастливы. И я на таких полётах получаю огромный поток эмоций – радости, счастья.

Приходят летать кто угодно – дети, взрослые. Девушки составляют 60%. А среди самостоятельных пилотов, наоборот, 80 % мужчин. Недавно один парень привел тещу 80 лет. Все долго шутили, но ей очень понравилось.

– Вы занимаетесь обучением?  

– Когда ко мне приходит человек и говорит: «Я хочу научиться летать, хочу купить оборудование», – я спрашиваю его: «Ты готов серьезно поменять свою жизнь?».

Парапланеризм – это не хобби. Это образ жизни. В противном случае — это выброшенные деньги, и деньги очень серьезные. Дорогое оборудование и курс начального обучения, который каждому пилоту необходимо пройти. Крайние два года учить почти перестал. Это процесс скучный, банальный и совсем неромантический. Это тяжелая работа, пахота. Когда наш клуб начинал, я говорил: хотите учиться – пошли. Не призывал, но достаточно легко отзывался на такое желание. А после первого полета с инструктором его высказывают очень многие: как здорово, как я вас понимаю, а дайте ваш телефончик. Сейчас я пытаюсь отмолчаться. Больше половины не возвращаются. Остальных начинаю пугать и отговаривать. У многих желание гаснет после первого самостоятельного полёта. За десять лет у нас обучилось 140 человек, летают только 20.

10298282_10203966320548613_4588634462857133628_o

Спорт вторичен

– Существует ли парапланерный спорт в Новосибирской области?

– 12 лет назад, когда клуб создавался, среди курсантов все помогали друг другу, была команда, это были люди еще советского менталитета – самое любимое мной поколение пилотов. Они были активны, отвечали сами за себя. Они садились в машину, ехали на Алтай, открывали новые горки, искали их по космическим снимкам, забирались туда пешком  и летали, летали и еще раз летали. Это новосибирское поколение дало сильных спортсменов, часть из них летает на Кубке мира. В 2009 году Ольга Брякотнина была девятой в женском мировом рейтинге. В 2007-2008 годах новосибирская команда была одной из сильнейших в России. Для равнинного Новосибирска это очень круто. У нас не было предыстории, мы просто возникли в какой-то момент, начали учиться, вместе росли, развивались. Мы регулярно выезжали на соревнования. Я сам проводил три чемпионата России в Курае — в 2009, 2010 и 2012 годах. Родное место для новосибирских спортсменов – Алма-Аты. Там отличные, не жесткие погодные условия и хорошая организация.

– Насколько опасен этот спорт?

– Как и любой экстремальный вид спорта. У человека, занимающегося горными лыжами, сноубордом, мотоциклетным, велосипедным спортом риск выше, чем у обывателя, живущего в городе. В этом смысле небо тоже зона повышенного риска, но при нормальной организации этот риск минимален или его практически нет. Полеты при нормальной погоде, например, на берегу моря, полеты здесь, на равнине, около Бердска – а мы уже много лет летаем на бердском аэродроме —  риска очень мало, большой турбулентности нет, внештатные ситуации редки. Если летишь в высокие горы — там рискованно. Нужно иметь серьезный налёт и хорошую базовую подготовку для таких полетов.

1492645_10202692825512033_2092399464_o

– Когда пилот готов летать самостоятельно?

– На этот вопрос ответа нет. Индивидуально всё. Прежде всего, начинающий пилот должен пройти базовый курс обучения. Сейчас он практически одинаков у всех школ: это ознакомительные полеты в тандеме с инструктором,  наземная подготовка, 30-40 полётов, когда инструктор подсказывает курсанту. Курсант должен научиться управляться с куполом, разобраться с оборудованием, научиться чувствовать высоту, наработать моторику тела. Инструктор ведет курсанта по рации, ставит задания, исправляет ошибки. Высота полетов 300-400 метров. Курсант приобретает базовые навыки и учится доверять параплану. Есть курс опасных режимов полета – как курс экстремального вождения для автомобилистов. Его рекомендуют проходить на следующий год или через год после базового: пройти основной, немного полетать, набраться опыта. Во время этого курса человек осознанно создает все возможные нештатные ситуации. Проводится над водой. Задача курсанта — ввести купол в режим, некоторое время падать и справиться с экстремальной ситуацией. Задача — научить это делать автоматически. Но для пилота очень важно не летать в одиночку. Люди, которые отучились у нас, приезжают на полёты и всегда могут получить помощь и поддержку. Кто-то должен всегда наблюдать.

Полёты и безопасность

– Полёты на аэродроме Бердска разрешены?

– В 2011 году законодательство РФ в сфере авиационных полётов было приведено в соответствие с международными нормами, и всё воздушное пространство у нас поделено на три класса. Бердск-Южный — пространство уведомительного режима. Теперь мы летаем совершенно легально. Я уведомляю диспетчера, диспетчер, в свою очередь, сообщает бортам, и мы соблюдаем визуальный контроль и взаимную вежливость. Раньше летали нелегально, в 2000 годах зарегистрироваться было невозможно. В любой момент нас могли поймать и оштрафовать за нелегальное использование воздуха. Был период, когда нам пришлось свернуть деятельность, убрать всю рекламу, прятаться и тихонечко так летать небольшой компанией. Весь воздух принадлежал военным. Гражданские просили разрешения, но получить его было нелегко. А мы были по определению вне закона. Случались и скандалы, и курьезные случаи. Например, один вежливый и сердечный пилот летал себе и летал и даже отчасти никому не мешал. А тут, понимаете, однажды — вертушка, прущая навстречу с грацией бронепоезда и подмигивающая прожектором. Намекал так вертолетчик, что неплохо бы убраться с дороги, пока не началось. Пилот эти странные сигналы принял за знак внимания и культурного обхождения, сделал ручкой и продолжил свой полет. Для вертолета скорость параплана равна зависанию на месте, подлететь он не может, воздушной волной параплан сметет, один пилот ляжет, второй – сядет. Полетал вертолетчик, у которого, кстати, был боевой вылет и комполка на борту, вокруг вежливого пилота и улетел молча — в воздухе ругаться неудобно. Сейчас смешно, а тогда скандал был жуткий.

– Что же такое парапланеризм?

– Это образ жизни. Спорт вторичен. Пилотов, которые бьются за первые места, летают на Кубке мира и отборочных на него всего около 40 человек. Для большинства пилотов соревнования — возможность роста, хорошая организация полетов, безопасность и общество единомышленников. В качестве хобби парапланеризм слишком многого требует от человека. Адреналин на второй год полётов, как правило, заканчивается. Хотя встречаются люди и с жуткой зависимостью от адреналина — пилоты, занимающиеся акробатикой. Это те самые нештатные режимы, только над землёй и не для безопасности, а скорей наоборот. Невероятно зрелищное направление, но и невероятно опасное. Сейчас в парапланеризм приходит много людей, которых я бы назвал потребителями: я заплатил, сделайте меня чемпионом. Быстро! Мне тяжело и неинтересно с такими.

Я стараюсь все время придумывать для себя новые проекты. Например, мы занимаемся благотворительностью, катаем детей, перенесших онкологические заболевания. Под усиленным контролем, конечно. Этой зимой сделал то, чего никто в мире еще не делал: в Шерегеше мы стартовали и слетели с горки впятером – я и четыре девушки. Заявку в книгу рекордов Гинесса подал. Теперь планирую стартовать на снегоходе и с ним полетать. Всегда ищу что-то интересное. Для меня парапланеризм сейчас — это та радость, которую получают люди, которые летят со мной первый раз. Большинство из них никогда не вернётся в небо, но я знаю, что счастье первого полёта, этот кусочек радости, останется с ними навсегда.

1399581_10202414939205049_659161794_o

Фото из архива Александра Орлова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2018 Свидетель
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru