Вторник, 25 июля 2017 16 +  RSS
Вторник, 25 июля 2017 16 +  RSS
13:00, 24 апреля 2016

Солдат и разбойники


Удивительные взлёты и падения переживал Бердск в прежние времена. В конце 18 века он неожиданно был наречён губернским городом и пробыл в этом статусе 14 лет. Потом так же неожиданно стал простым безуездным селом, а с наступлением нового столетия и вовсе захирел. Несколько голодных лет сократили его население до 300 человек, да и те были готовы бежать из насиженных мест, куда глаза глядят: разбойники одолели.

20-солдатДокументы из Центра хранения архивного фонда Алтайского края и Томского областного архива скупо и сухо повествуют о страшных бедах, одна за другой постигавших наши края. Вчитайтесь, например, в казённую справку, сообщающую, что в 1813 году цена пуда хлеба в селе Бердском достигла трёх рублей, в то время как два года назад хлебный пуд стоил двадцать копеек. Цена подскочила в 15 раз! Крестьянам приходилось печь лепёшки из лебеды и коры с деревьев. Умирали целыми семействами.

В архивных документах зафиксирован, по меньшей мере, один случай людоедства: бердская крестьянка Наталья Кожемякина зарезала и съела своего шестимесячного сына. Съела не одна, а вместе с тремя старшими детьми. Было следствие. Татьяну заключили в колодки угнали на поселение куда-то в Восточную Сибирь, детей отправили в Томский приют.

В исторических хрониках подробно описывается, как, спасаясь от голодной смерти, бердчане вереницей потянулись в сторону Барнаула и ещё южнее, аж в киргизскую орду. А село Бердское опустело: остались в нём старики да калеки, неспособные подняться и отправиться неведомо куда.

А ещё повадились в опустевшее село разбойные люди. Сегодня уже не поймёшь, откуда совершали они свои набеги: то ли из окрестных, таких же голодных, деревень и сёл, то ли откуда подальше, из-под Омска и даже Тюмени. Не зря ведь говорится, что для бешеного кобеля и пять вёрст не крюк. А эти поистине бешеные псы, не встречая отпора, обшаривали опустевшие избы, утаскивая из них оставшуюся утварь; вламывались в дома к старикам, отнимая у них последний сухарь. Кто осмеливался сказать хотя бы слово поперёк, тех забивали на месте.

Сохранилось, например, свидетельство о том, как были забиты пришлыми людьми старики Семьяновы, муж и жена. Приезжали после этого стражники из Барнаула (местная стража давно

разбежалась), проводили дознание, да так никого и не нашли.

Воробьёвское ополчение

20-крестьяне

В эту лихую пору в село Бердское судьба занесла отставного солдата Кирилла Воробьёва. Солдат был не местный, откуда-то из Центральной России. Но пока служил рекрутские 25 лет, умерли все его родные. Вот и подался он в Сибирь, наслушавшись баек о необъятных сибирских просторах и зажиточности здешних людей.

Добрался до села Бердское. Глядь: просторы, точно, есть, но зажиточностью даже не пахнет. Наоборот: голод и страшная нищета. А делать нечего, не назад же за тысячи вёрст возвращаться.

Какие-то деньги при себе были. Облюбовал себе солдат пустующую избу, смотался в Барнаул, купил там замухрыжистого вида, но жилистую, выносливую лошадёнку да пару мешков зерна для посева. Распахал заросший сорняком земельный участок, засеял его рожью… Соседи тоже зашевелились: разжились малым количеством посевного зерна. Прослышав, что в Бердском жизнь затеплилась, сюда один за другим перебрались обитатели окрестных деревенек, тоже худо-бедно отсеялись. Лето после двух засушливых годов выдалось в меру дождливым, так что можно было надеяться на хороший урожай.

Урожай хорошим и выдался. Но не успели крестьяне его собрать, как вновь нагрянули разбойники. Рассчитывали, как раньше, на лёгкую добычу, однако нашла коса на камень. Перекрыл им дорогу Кирилл Воробьёв: в одной руке — заряженное ружьё, в другой — остро отточенная и насаженная на рукоять коса. «Первому же, — говорит, — кто на сажень вперёд продвинется, башку либо отстрелю, либо отсеку!». Разбойников было четверо, но с отставным солдатом они сочли за лучшее не связываться. Развернулись и ушли.

Воробьёв, впрочем, особо тому не радовался: понимал, что следом за этими в любой день могут прийти другие. Поэтому начал собирать из оставшихся в селе мужиков своего рода ополчение. Узнав, что на месте села ещё недавно была деревянная крепость, он пядь за пядью всё обыскал и нашёл-таки бочонок с порохом да несколько ружей. Вооружил своих ополченцев, обучил, как мог…

Несколько раз лихие люди пытались сунуться в село. Но мужички такую подняли пальбу, что разбойники бежали без оглядки. А потом слава о селе пошла: такой, де, там отчаянный народ, да до зубов вооружённый, что незваным гостям туда лучше не наведываться.

Дошла такая слава и до барнаульского начальства. В один прекрасный (но, скорее, наоборот) день в село нагрянул отряд стражников. Бердчанам объяснили: когда мужики без высочайшего разрешения начинают из ружей туда-сюда палить, это есть непорядок, в любой момент способный обернуться бунтом. Ружья и порох у селян конфисковали. Кирилла Воробьёва заключили в железо и забрали с собой в Барнаул.

На счастье отставного солдата, барнаульский капитан-исправник оказался понимающим человеком. Выслушал рассказ Воробьёва о бедах села и … предложил отставнику возглавить в Бердском сельскую полицейскую стражу. Кирилл согласился. И, судя по рапорту барнаульского начальника, оказался толковым усердным.

Прожил бы в наших краях до 1837 года — до полицейской реформы, мог получить должность станового пристава и личное дворянство в придачу.

Что отправило его в новый путь, доподлинно неизвестно. Есть неясное упоминание о том, что получил он неожиданную весточку из родных краёв, срочно распродал немудрёное имущество, простился с сельчанами и отправился с купеческим обозом на малую родину. Жалко, конечно. Но родина и родня, видать, поважнее, чем должность станового пристава.

20-солдаты

 Судя по всему, бравому отставнику Кириллу Воробьёву довелось участвовать в сражениях с французами в войне 1812 года. Что ему сибирские налётчики — озверевшие от голода и безнаказанности неграмотные крестьяне? В общем-то, такие же, как те, кого он защитил.

Цифры

Численность населения в Бердском остроге (позднее — в селе Бердское) и окрестных деревнях:

  • 1717 год – 278 человек;
  • 1785 год – 2 779;
  • 1813 год – 293;
  • 1818 год – 2 223;
  • 1850 год – 3 502;
  • 1914 год – 6 000.

Факт

К концу 18 века село, раскинувшееся вокруг Бердского острога, стало крупным экономическим центром Верхнего Приобья. В начале 80-х годах появился проект переноса губернского центра из Томска в Бердский острог. 1783 годом датирован Указ императрицы Екатерины II “О бытии губернского города Колыванской губернии в Бердском остроге с наименованием оного Колыванью”. Как острог укрепление уже утратило свою ценность. В 1791 году правитель Колыванской губернии Меллер распорядился продать обветшалые башни острога. Но их никто не купил, и башни пошли на дрова для церкви. В 1797 году от колыванского проекта отказались. Селу вернули его прежнее название.

 

Фото из открытых источников

Обсуждение: есть 1 комментарий
  1. Иван:

    Про Кирила Воробьева можно смело фильм снимать!

    Ответить

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2017 Свидетель
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru