Воскресенье, 25 февраля 2018 16 +  RSS
Воскресенье, 25 февраля 2018 16 +  RSS
11:52, 03 февраля 2017

Психиатры признали организатора групп смерти вменяемым


Молодой человек рассказал в интервью, что чистил общество от «биомусора».


1 февраля информационное агентство РАПСИ (www.rapsinews.ru) распространило новость, что Филипп Будейкин, более известный, как администратор «групп смерти» в социальной сети «ВКонтакте» под псевдонимом Филипп Лис, признан вменяемым после прохождения психиатрической экспертизы. Ему предъявлено обвинение в доведении до самоубийства подростков.

На данный момент следователями ГСУ установлено 15 потерпевших — несовершеннолетних, состоявших в “группах смерти” и совершивших суициды в различных субъектах Российской Федерации. Самоубийства еще пятерых ребят не состоялись. Согласно заключениям психолого-лингвистической экспертизы, в переписке Будейкина содержатся побуждения к совершению суицида.

Администратор «групп смерти» во «ВКонтакте» Филипп Будейкин за два дня до своего задержания дал интервью изданию «Санкт-Петербург.ру», в котором признался, что не боится, что его «посадят», назвал количество подростков, совершивших суицид, и заявил, что ещё «готовы уйти» почти 30 подростков. Редакция издания не разделяет взгляды Филиппа Будейкина, не одобряет его поступки и подчёркивает, что оценку его действиям даст суд.

Журналист издания разговаривал с Будейкиным с 11 по 13 ноября прошлого года, интервью было опубликовано вечером 15 ноября. Утром в тот день Будейкин был задержан правоохранительными органами, а на следующий день — арестован на два месяца.

Приводим текст интервью, опубликованного в “Санкт-Петербург.ру”, целиком.

Ты действительно подталкивал подростков к смерти?

– *Твердо* Да. Я действительно это делал. Не волнуйся, ты все поймешь. Все поймут. Они умирали счастливыми. Я дарил им то, чего у них не было в реальной жизни: тепло, понимание, связь.

– Сколько их было? Неужели действительно, как пишут ряд СМИ, в районе 130 человек?

– Нет, конечно. Расследование «Новой» просто убожество. Их было 17. Были и те, с кем я просто общался, кого знал и кто впоследствии покончил с собой, но без моего прямого влияния.

– Так, давай с самого начала. Когда все началось, как все было организованно, и как ты дошел до того, что стал толкать людей на суицид?

– Сначала? Есть люди, а есть биомусор. Это те, кто не представляет никакой ценности для общества и несет или принесет обществу только вред. Я чистил наше общество от таких людей. Началось в 2013 году. Тогда я создал «F57» (одно из названий «групп смерти» «ВКонтакте» — прим. ред.). Просто создал, посмотреть, что будет. Позаливал туда шок-контента, это начало привлекать людей. В 2014 году ее забанили. Долго смеялся, когда видел, как все пытаются понять, что же значит «F57». Все просто. F – Филипп, мое имя. 57 – последние цифры моего тогдашнего номера. Идею обдумывал на протяжении пяти лет. Можно сказать, готовился. Я продумывал концепцию проекта, конкретные уровни и этапы. Нужно было отделить нормальных от биомусора.

– То есть были и те, кого ты посчитал нормальными людьми? 

– Да, их было больше 300. Не хочу говорить, что отговаривал их от суицида, но, по сути, так и было. Уродов на самом деле не так уж много. Знаешь, чтобы было понятно: помнишь историю с хабаровскими живодерками? Сколько людей тогда писало, что таких нужно сжигать? Ну, так вот, образно говоря: я сжигал.

– Продолжай. 

– В конце ноября 2015 года я «запилил» таймер, сделал это все с фейковых аккаунтов, создал групп десять по тематике «F57». С этого момента все началось, и было успешным.

– Ты использовал смерть Рины Паленковой (16-летняя девушка под никнеймом Рина Паленкова совершила самоубийство 23 ноября 2015 года и стала одним из символов суицидального движения — прим. ред)? 

– *Несколько секунд тишины, глубокий вдох* Это моя первая суицидница. У меня даже где-то есть ее сигна (фотография с персональной подписью — прим. ред.). Скину тебе как-нибудь, если найду.

– Чем провинилась Рина? Она сделала что-то очень плохое? 

– Возможно.

То есть, ты наверняка не знаешь?

– Знаю. Просто не буду говорить тебе этого прямо. Скажу, что она была сектанткой. Еще могу сказать, что ее знаменитое «Ня.Пока» подсказал ей я. Я еще потом выложил мемчик «Акопян», но никто так и не понял сути (если прочитать «Акопян» наоборот, получается «Няпока»).

– Что было после смерти Рины?

– Работали все мои группы: «F57», «F75», «F58» и так далее. Привлекали людей, они проходили этапы. Как это все работает: есть группа с депрессивным контентом, которая погружает человека в нужную атмосферу. В этих группах есть ссылки на другие. Проходя по этим ссылкам, человек натыкается на закрытое сообщество, где все и разворачивается. Начинается игра. Нужно выполнять задания, рассказывать о себе, общаться. В ходе этого общения становится понятно, кто есть кто. Дальше я иду с человеком в скайп, погружаю его в транс и узнаю какие-то вещи из его жизни, после чего принимаю решение. В какой-то момент нужно подтолкнуть подростка к тому, чтобы он не спал ночью. Здоровый режим для ребенка: лечь спать в 21:00, встать в 8:00. Если режим нарушить, то и психика становится более доступной к воздействию. Возможно, мне приписывают смерти 130 подросток, потому что идея неожиданно стала каким-то трендом. Появилось очень много подражателей, что меня, кстати, очень сильно бесит. Из-за всего этого поднялся такой дикий шум, что пришлось на время остановиться.

– А много было тех, кто публиковал у себя хэштеги #F57, совершал суицид, но ты с ними не общался? 

– Насколько я знаю, их было намного больше, чем тех, на кого повлиял я.

– Не чувствуешь себя ответственным за их смерти? Это ведь было сделано под видом, если так можно выразиться, твоего бренда. 

– *В голосе Филиппа слышится сочувствие* Мне очень жаль, что эти люди так с собой поступили. Жаль, что мне не удалось с ними пообщаться, возможно, если бы они послушали меня, то не совершили бы самоубийства.

Расскажи о жертвах.

– *Долгое молчание* Я пока не могу. Мне тяжело об этом говорить. Иногда мне начинает казаться, что я поступаю неправильно. Да, есть все эти банальные аргументы, мол «не тебе решать, кому жить, а кому умереть», но внутри есть ощущение, что я поступаю правильно. Ладно, расскажу об одном случае. 17 февраля 2016 года я познакомился с одной девушкой. Она страдала, мы начали общаться и пошли в скайп. На втором сеансе я погрузил ее в транс и начал узнавать о том, чем она занимается, и мне все это вообще не понравилось. Я решил то, что… ну…нужно избавляться от таких людей. Не люблю людей, которые приносят другим людям боль или вред обществу. Она была сатанисткой.

Когда начинаешь крутиться в этой тематике, удивляешься тому, сколько людей являются сектантами.*Голос Филиппа впервые за два часа нашей беседы начинает дрожать* Я думал их будет максимум человек пять. Был еще парень, студент технички. Из бедной неполной семьи, его избивала мать, а сам он в свободное время убивал бездомных собак. Так было лучше для всех, и для него в первую очередь.

– Когда только-только поднялась шумиха вокруг «групп смерти», ты все отрицал. Почему? 

– Не был готов, наверное. Побоялся, что меня закроют. К слову, со мной вообще никак не контактировала полиция. В основном журналисты, которые вообще ничего не поняли. Даже в «Пусть говорят» звали, но я их послал на три буквы. «Лента» связалась со мной и действительно постаралась понять, что же происходило на самом деле. Остальные просто хайпили (эксплуатировали тему для увеличения своей популярности — прим. ред.) эту историю. Я не стал говорить «Ленте» правду, решил съехать.

– А сейчас почему вдруг решил признаться? 

– Не знаю. Просто чего-то решил. Мне тяжело. На самом деле, думаю, что тебе просто повезло выйти на меня именно в этот момент. Кажется, мне удалось обойти содержание статей, и я не боюсь, что меня посадят. Если так взглянуть на ситуацию сверху, а что я такого делал? Некоторым людям аргументированно объяснял, почему я думаю, что им лучше умереть, чем жить. Не больше. Они сами принимали решение, их никто не заставлял.

Ты будешь продолжать?

– Да. Сейчас готовы уйти 28 человек. Это мой относительно новый проект «D28». Ажиотаж вокруг истории мне очень мешает, я жду, когда все утихнет, и спокойно продолжу. Не могу пока рассказать, это секрет.

– А если, скажем, захочу поучаствовать в игре, в этапах?

– Окей, не вопрос. Давай так: если сможешь пройти игру, то узнаешь абсолютно все, в том числе имена и прочее. Если проигрываешь, то умираешь. *Усмехается*

-Думаешь, сможешь и меня довести до суицида? С помощью «транса»?

– Чисто теоретически, все может быть. А вообще, конечно, если ты решишь совершить самоубийство – я тебя остановлю. *Молчание* Если хочешь, давай как-нибудь устроим сеанс. Нужен диван или кровать и средство связи. Сам узнаешь, что значит «транс».

– Как психолог оцени свои собственные действия. Ты никогда не думал о том, что у тебя «не все дома»? 

– У меня биполярное расстройство личности, а то, чем я занимаюсь, связанно с моим тяжелым детством. Меня и мать избивал старший брат. Часто били на улице. Уверен, что все это оказало большое влияние. А как ты относишься к тому, что я делаю? Что бы ты со мной сделал?

Фото sledcom.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2018 Свидетель
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru