Воскресенье, 22 июля 2018 16 +  RSS
Воскресенье, 22 июля 2018 16 +  RSS
13:46, 16 февраля 2017

Профессор Бородин: «Эволюция есть абсолютный факт»


Говорят, что Дарвин был не прав, и британские учёные опровергли теорию эволюции. 

Что же нового мы узнали о жизни на земле и о нас самих за более чем полтора века, которые прошли с момента публикации книги Дарвина? В чём он был не прав? А в чём опередил своё время?

12 февраля в День Дарвина доктор биологических наук и профессор НГУ Павел Бородин  выступил с публичной лекцией о главной книге английского учёного «Происхождение видов».

– Прошло 168 лет после написания «Происхождения видов», и больше половины человечества не верит в эволюцию, как будто в неё надо верить, – удивляется профессор. – Она есть абсолютный факт! Но даже те, кто считает, что понимает эволюцию, в большинстве своём ошибаются.

– Дарвиновская книга не столько о том, что эволюция есть, сколько о том, как она происходит. Что, собственно, показал автор? Во-первых, то, что виды изменяются, что сейчас организмы не такие, какими были много тысячелетий назад. Во-вторых, он объяснил, как они меняются, почему существует так много разных видов и почему они так изумительно приспособлены к условиям, в которых живут. До него этого не знал никто.

Если вы выйдете на улицу и спросите людей, что такое «эволюция», он скажут: обезьяна слезла с дерева, начала ходить прямо, потом взяла палку и стала упражнять руку, а, следовательно, и мозги — так у её детей мозги стали больше… Это ложная идея! Дарвин говорил совсем о другом.

Отбор естественный и не очень

– Мы знаем, что все собаки происходят от одного предка. У нас есть судебно-медицинские доказательства единства происхождения всех домашних пород собак от волка, – говорит Павел Бородин.

– Как же формируются виды? Сначала происходит разветвление, выделяются крайние классы, потом происходит вымирание средних. Вот когда эти переходные формы исчезнут, крайние станут разными видами.

Чтобы получить большую собаку, мы отбираем в каждом поколении самых крупных особей — холим, нежим и размножаем их. Например, мой приятель из ГДР отбирал мышей по весу, и через 14 лет ему удалось удвоить их изначальный вес. Так можно работать с любым признаком: окрасом, размером, поведением.

Замечательный результат был получен моим учителем академиком Беляевым, который создал ручных лисиц. Он их не приручал, он отбирал самых ласковых, и сейчас мы имеем лис, которые ведут себя, как собаки.

Да вы сами — яркий пример отбора по поведению. Вы умные, добрые, умеете ладить друг с другом и не скачете по деревьям. Почему? Потому что среди ваших предков постоянно, в течение миллионов лет, шёл отбор на самых умных, самых добрых и так далее.

Таким образом, для эволюции нужны две вещи: наследственная изменчивость популяции и естественный отбор. Есть ли изменчивость в природе? Конечно. А как происходит отбор в природной среде?

Представим себе, что каждый слон на планете оставил после себя двух потомков, которые дожили до половой зрелости и тоже размножаются. При таком раскладе случится совершенно катастрофическая вещь: через 700 лет (всего!) вся поверхность Земли будет занята слонами – хобот в хобот. А через 1 200 лет слой слонов достигнет высоты в один километр. Но что-то, ребята, слонов вокруг нас не видно…

Оказывается, не все рождённые организмы выживают, не все выжившие достигают половой зрелости, и не все половозрелые оставляют после себя потомство. Следующий вопрос, который задаёт Дарвин: а кто выживает? Те, кто приспособлен к условиям здесь и сейчас. Это и есть естественный отбор.

Если в одной популяции мало еды и близорукие хищники едят только крупных мышей, то преимущество получают мелкие мыши, они начинают активно размножаться и их становится больше. В другой популяции всё нормально, еды много — тут будет увеличиваться число крупных мышей, потому что они больше нравятся самкам, им легче пережить голод и так далее. То есть в разных условиях отбор совершенно автоматически идёт в разных направлениях.

К сожалению, эволюция никого не делает счастливее. Допустим, у нас есть лев и зебра. Лев хочет есть, а зебра хочет жить. Соответственно, среди зебр отбор идёт на скорость бега, на способность вовремя увидеть и услышать льва, а у львов идёт отбор на способность зебру догнать. С каждым поколением зебры бегут быстрее, львам становится хуже жить, они бегут ещё быстрее и всё это продолжается, пока не упрётся в физический предел. Тогда начинается симметричный ответ: а если не бежать, а залечь? А если устроить засаду и позвать приятелей? А если бегать стадом?

Если человеческий отбор — вещь довольно тупая (таких созданий, как, например, мопсов или персидских котов в природе не встретишь), то во время естественного отбора возникает восхитительная гонка вооружений.

«Шимпанзе приходится человеку двоюродным братом в 240 000 поколении. И банан нам тоже родственник. Только более дальний».

Павел Бородин, профессор НГУ

Земля — для заботливых

Как только Дарвин опубликовал свою книгу, наш соотечественник, основатель анархизма, князь Кропоткин написал свою – «Взаимоотношения животных», в которой сделал акцент на взаимопомощи. 

– Вы наверняка все читали Бианки, как утка изображает из себя подранка и отвлекает лисицу от гнезда. Но от чьего гнезда, извините? От своего, от своих потомков. В этом весь секрет. Отбираются те, кто заботится о своих потомках, – продолжает учёный.

– Среди современников наших предков на всей протяжённости эволюции в четыре миллиарда лет жили те, кому дети были противны, кто их не любил. Они не оставили потомства, а значит, таких не было среди наших предков! Землю наследуют заботливые.

Часто мы наблюдаем в природе явления, на первый взгляд, странные: необычайно длинные перья на голове у птицы или громоздкий хохолок. Как летать с такими штуками? Зачем они нужны? Это красиво, это нравится самкам, а значит, увеличивает шансы оставить потомство. Но почему это красиво?

Объяснений много. Вот самое забавное. Самка должна выбрать себе самца с хорошими генами, чтобы передать их детям. А как выбрать? Самка думает: что это за дурацкая штука у него на голове? Если он, несмотря на это, дожил до половой зрелости, значит, у него совершенно замечательные гены!

Где ваши доказательства?

– Единственная, пятая, глава книги Дарвина – «Законы вариации» – устарела абсолютно, безнадёжно и навеки. Мы сейчас имеем совершенно другие представления о наследственности, – признаёт Павел Бородин.

– Как вы знаете, британские учёные «доказали», что Дарвин был не прав. Возражая против теории естественного отбора, они в числе прочего говорят о разумном замысле и стремлении к совершенству.

Возьмём богомола, который ест бабочек. Почему в случае разумного замысла создатель выступил за противных богомолов и решительно против бабочек? И при этом он создал каждого богомола на своём сучке (сравните особей, которые живут на листьях, на ветках, на хвое — они имеют разный окрас, чтобы мимикрировать под окружающие растения — прим. авт.)! И как он не изменился со дня сотворения мира, хотя сучки уже давно изменились?!

Противники теории Дарвина ещё говорят: учёные не нашли промежуточных форм между видами. Покажите нам переходные формы между китом и коровой!

Они есть, и палеонтологи об этом знают. Просто эти формы существуют не сейчас, а существовали миллионы лет назад. К слову, кит произошёл от копытного предка, который жил в прибрежной полосе. В палеонтологии мы имеем полную последовательность превращения копытных в китов. Ближайшим родственником кита является бегемот. Последний общий предок кита и коровы существовал гораздо ближе к нашему времени, чем последний общий предок свиньи и коровы.

Фото автора и liveintemet.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2018 Свидетель
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru