Суббота, 21 июля 2018 16 +  RSS
Суббота, 21 июля 2018 16 +  RSS
8:21, 15 марта 2017

Учитель года-2017 пишет со своими учениками Тотальный диктант


…И мечтает, чтобы в школьной программе появились зарубежные авторы.

Ольга Таганова, победитель конкурса профессионального мастерства Учитель года — 2017, — коренная бердчанка, учитель русского языка и литературы лицея № 6. Окончила школу № 2, получила образование в НГУ (отделение филологии). Владеет французским и немецким языками.

– Многие мои однокурсники, получив диплом, не стали работать по специальности. Я же сразу после университета пошла работать в школу, просто потому что было жалко, что все мои знания останутся не востребованы. У меня огромная библиотека и было желание с кем-то делиться своим багажом. Это не была мечта детства, просто я очень любила читать, любила говорить о книгах, мне нравилось заниматься языками, составлять схемы. Я люблю синтаксис русского языка, а в школе могу продолжать разбирать предложения, – смеется Ольга Таганова.

Поскольку я получала именно филологическое образование, а не педагогическое, у меня не было даже представления о том, как функционирует школа и что такое работа с детьми. Меня практически сразу ввели в экзаменационную комиссию. Тогда еще не было ЕГЭ, я застала то время, когда на экзамены ребята приходили с цветами. Сейчас каждый год мои ученики сдают ЕГЭ по литературе, не смотря на то, что этот экзамен считается одним из самых сложных.

 -Образование постоянно претерпевает какие-то реформы. Хватает ли часов русского языка и литературы?

– В старших классах всего три часа литературы, а детям нужно писать итоговое сочинение. Безусловно, мы просто не успеваем пройти все то, что хотелось бы.

Я считаю, что программу нужно менять. Мир меняется и, как мне кажется, нужно начинать с того, что читают дети, с того, что ближе им.

Сегодня в программе по литературе просто отсутствуют современные писатели, она обрывается 70-80-ми годами прошлого века. Понятно, что нравственные проблемы остаются теми же, но все же хочется, чтобы программа по литературе обновлялась.

 -Что читают современные дети?

– Разумеется, каждый раз перед летними каникулами, детям дается список рекомендованной литературы. Но когда после каникул мы встречаемся и разговариваем о том, что читал летом, в основном это все-таки приключенческая литература. Девочки читают любовные романы, к примеру, «Между небом и землей». Читают «Гарри Поттера», Толкиена, много фантастики…

 -Общество русской словесности ранее объявляло о необходимости создания перечня произведений русской литературы для обязательного изучения в рамках школьной программы. Начата ли работа над этим списком?

– Пока такого перечня еще нет, до сих пор все на уровне обсуждения. Очень сложно оторваться от того, что сложилось веками. Но, допустим, на изучение «Преступления и наказания» вместе с биографией Достоевского дается 4 часа. Достаточно сложно все это уместить в такие рамки. Поэтому мы все время отстаем, приходится брать часы, предназначенные на изучение Салтыкова-Щедрина, которого дети практически не воспринимают. В 11 классе большая часть времени уходит на подготовку к эссе.

– Какие произведения, будь ваша воля, вы включили бы в обязательную программу?

– Мне кажется, что в программе очень не хватает зарубежных авторов. А между тем сами дети просят рассматривать на уроках Хемингуэя, Фицджеральда или Джека Лондона. Думаю, что было бы неплохо, чтобы дети читали Трифонова, который тоже остался за рамками школьной программы. Но тут есть еще такой момент, что эти произведения непросто найти — в нашей библиотеке их нет. Интернет — Интернетом, а книга — книгой. Дети предпочитают читать бумажные книги.

 – Программа по русскому языку заканчивается в 9 классе. А в 10-11 остаются хоть какие-то часы на изучение этого предмета?

– Да, конечно, остаются 2 часа: повторение, углубление. Тут работа ведется уже с прицелом на подготовку к экзамену. Мы делаем много письменных работ, потому что сегодня работа с текстом так или иначе присутствует во всех предметах. В частности, по обществознанию дети тоже пишут эссе.

 – Несколько лет назад вернули обязательное сочинение. Тогда учителя жаловались, что школьники разучились писать его. Какова ситуация на сегодняшний день?

– Сочинение пишут третий год, и я могу сказать, что качество таких работ повышается. В декабре мы проверяли итоговые сочинения: было много интересных работ.

 – Замечаете ли вы, что интернет-общение, в частности, короткие сообщения, в которых порой используются сокращения, игнорируются знаки препинания, как-то сказываются на умении детей формулировать мысли, на грамотности?

– Пока идет устная работа, ребята очень интересно формулируют свои мысли. А вот с тем, чтобы переложить все это на бумагу, действительно испытывают трудности. Обрывочные фразы, где-то страдает логика. Но все поправимо, просто нужно давать побольше письменных работ с возможностью высказывания собственного мнения.

 – Длительное время в Интернете было модно писать нарочито неграмотно. Сегодня возвращается мода на грамотность (в частности, с каждым годом все больше желающих писать Тотальный диктант). Ощущается ли это в школе?

– Есть интерес к языку, есть желание писать грамотно. Каждый год вместе со своими учениками мы ходим писать Тотальный диктант, а потом делимся результатами, обсуждаем ошибки. Все равно это достаточно стрессовая ситуация и, мне думается, что ошибка, допущенная в таких условиях, запоминается навсегда. Велика вероятность, что человек ее больше не допустит. Мы принимаем участие в различных конкурсах по предмету.

-В начальной школе сегодня широко используются рабочие тетради с печатной основой, в результате дети все меньше и меньше пишут от руки. Сторонники рабочих тетрадей говорят, что сегодня фактически нет необходимости писать что-то руками. Как к этому относитесь вы?

– Конечно, письменные работы нужны. Во-первых, компьютер исправляет далеко не всё, а во-вторых, когда ты пишешь от руки, включаются другие мыслительные процессы. Даже я сама на Тотальном диктанте ощущаю, насколько это сложно — писать от руки, навык действительно теряется. А между тем, на экзамене детям все равно придется писать, более того, делать это нужно аккуратно и разборчиво. Хотя в ЕГЭ по литературе орфографические и пунктуационные ошибки не учитываются. Я не считаю, что это правильно. Как минимум для тех, кто идет в профильные вузы, должен быть введен критерий проверки на грамотность.

– Сегодня ведутся разговоры о введении в программу новых предметов — в частности, вернуть астрономию, в течение всего периода обучения изучать православие, логику… Насколько это необходимо и оправдано? И есть ли риск, что из-за введения новых предметов сократятся часы других? Есть ли какие-то предметы, которые вам хотелось бы ввести в программу для обязательного изучения?

– Любой новый предмет увеличит нагрузку на детей, которая сегодня и без того довольно высока. Но, на мой взгляд, в этом нет необходимости. Та же астрономия прекрасно вписалась в курс географии. Кроме того, никто не запрещает факультативы. Ведь не зря сейчас взят курс на перевод в односменное обучение: это делается для того, чтобы у детей была возможность после школы заниматься чем-то еще, ходить в театры и музеи, словом, развиваться.

– Что, на ваш взгляд, нужно сделать, чтобы вернуть России статус мирового лидера в сфере образования?

– Считаю, что, не смотря ни на что, наше образование все равно остается одним из лучших в мире. У нас есть ряд учеников, которые приехали из США. Они испытывают трудности в изучении математики, к примеру. Есть знакомая девочка, которая учится в Германии — я не могу сказать, чтобы она была слишком довольна уровнем образования. Возможно, в нашей школе не хватает развития практических навыков. Дети должны понимать, где именно они могут применять полученные в школе знания. Я вижу проблему в отсутствии преемственности между школой и вузом: слишком резкий скачок в требованиях.

 – В какой момент произошел этот разрыв? И почему появилось целое направление — подготовка к ЕГЭ?

– Поскольку я сама занимаюсь репетиторством, то в определенной степени могу сказать, что нахожусь по обе стороны баррикад. Сегодня бытует мнение: если ребенок сдал экзамен плохо, то виноват учитель, если он сдал экзамен хорошо — молодец репетитор. На самом деле, на ЕГЭ не спрашивают ничего, что выходит за рамки программы. Я думаю, что все проблемы исключительно психологического плана, во многом из-за нездорового ажиотажа вокруг ЕГЭ. Там нет ничего страшного, во всяком случае, в экзамене по русскому языку. Мне кажется, что до 2013 года экзамен по русскому был намного сложнее, чем сегодня. Другое дело, что в сознании человека имеет место такой момент: я технарь, зачем мне знать, каким образом образовано то или иное слово? А на самом деле невозможно объяснить написание тех же безударных гласных без знания морфемной структуры слова.

Все ругают ЕГЭ, но я не вижу здесь ничего криминального. Возможно, имеет место некоторая формализованность, но и она со временем уходит. Но на самом деле ЕГЭ предоставляет ребенку огромные возможности: он может поступать сразу в несколько вузов, не сдавая каждый раз разные экзамены, как это было раньше. А результат зависит только от того, как ученик поработал.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2018 Свидетель
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru