Пятница, 20 октября 2017 16 +  RSS
Пятница, 20 октября 2017 16 +  RSS
11:19, 25 сентября 2017

Музейно-туристический слёт Российских Атлантид прошел в Бердске


О России, ушедшей под воду, поговорили 21 сентября в арт-зале музея.

В свой юбилейный год – 50-летия со дня создания – Бердский историко-художественный музей выступил инициатором и организатором I музейно-туристического слёта Российских Атлантид.

Первоначально предполагалось, что в слёте примут участие представители Пермского края, республики Тыва, Ярославской, Тверской, Иркутской и Новосибирской областей – в общем, мест и краёв, попавших в 30-70-х годах прошлого века под затопление и разделивших судьбу ушедшего под воду Старого Бердска. Однако в итоге в Бердск смогла приехать только Алла Ланго, директор Ордынского историко-художественного музея. Для остальных приглашённых непреодолимым препятствием, как видно, оказался материальный фактор, ведь культура в нашей стране до сих пор финансируется по остаточному принципу, а из Центральной России или Восточной Сибири приехать в Бердск – не ближний свет и не дешёвое удовольствие. Тем не менее, с кем-то из запланированных участников удалось связаться по скайпу (XXI век, чай, на дворе), другие прислали материалы, фотографии и фильмы на заявленную тему по электронной почте – и конференция «Российские Атлантиды XX века, история и современность», заявленная как первая часть слёта, состоялась.

Сотрудник музея Новосибирска Константин Голодяев совершил пространный экскурс в историю не только Бердска, но и всего юга Западной Сибири. Рассказал, что никакого хана Кучума здесь никогда не было, а были агрессивные телеуты, что название «Бердь» никоим образом не связано ни с каким-то мифическим подарком Кучума своему сыну, ни со стрелецким бердышем, а в переводе с какого-то там языка означает «огромная» – такой огромной она представилась впервые увидевшим её алтайцам. Упомянул Константин Артёмович и о Колыванской губернии, и о Бердском бунте, и о других исторических фактах, столь же далёких от заявленной темы конференции, а закончил своё выступление словами: «Бердск – сильный момент в истории Сибири».

Музей истории Иркутска не смог делегировать в Бердск своего представителя, но прислал историческую справку, которая и была озвучена сотрудницей нашего музея Ольгой Луповой, а на большом экране в это время демонстрировались присланные оттуда же фотографии. Иркутская ГЭС строилась в течение 1950-1959 года и стала первой гидроэлектростанцией на территории Восточной Сибири. Иркутское водохранилище поглотило 138 тысяч гектаров территории, под водой оказалось более двухсот населённых пунктов и отрезок Круглобайкальской железной дороги от Иркутска до посёлка Байкал, 85 километров этой железной дороги из-за затопления стало тупиковой веткой, ведущей «в никуда». Сейчас те места объявлены архитектурно-ландшафтным заповедником, и оставшиеся там примерно сто местных жителей занимаются исключительно обслуживанием туристов.

Алла Ланго, директор Ордынского историко-художественного музея, рассказала о родственной судьбе соседнего с нами района. То же самое рукотворное море, поглотившее Старый Бердск, поглотило и 56 деревень Ордынского района. В 2010 году местный краевед Иван Третьяков наклеил на современную карту Ордынского района бирки с названиями всех этих деревень, и это стало толчком к созданию в посёлке Ордынском «Аллеи незабытых деревень». Сотрудники музея через газеты обратились к бывшим жителям затопленных деревень с призывом поделиться своими воспоминаниями и сохранившимися после переселения предметами быта. В посёлок было завезено 56 валунов и заказано 56 памятных табличек с названиями затонувших деревень и – через чёрточку – датами их основания и гибели на дне водохранилища. А весной этого года состоялось торжественное открытие «Аллеи незабытых деревень», вдоль которой в два ряда установлены массивные камни с мемориальными табличками. Алла Викторовна рассказала, что первоначально саму идею создания такой аллеи некоторые ордынцы встретили в штыки: зачем, мол, это кладбище, затеянное только для пиара и отмывания денег? Но на открытии аллеи, слушая воспоминания бывших жителей затопленных деревень, многие плакали, и до сего дня люди несут туда живые цветы.

Кульминацией слёта стало сообщение о судьбе древнего русского города Мологи, затопленного во время создания Рыбинского водохранилища. Первое упоминание в летописях об этом городе относится к 1149 году, а в 1321 году Молога стала столицей Мологского княжества. В 1935 году, когда было принято постановление Совета народных комиссаров СССР о строительстве Рыбинского и Угличского гидроузлов, в районном центре Мологе стояло 900 домов, несколько закрытых православных храмов и подлинная жемчужина русского зодчества – Афанасьевский женский монастырь. Всё это должно было уйти под воду, а проживавшим в Мологе семи тысячам жителей было предложено переселяться в другое, определённое для них властями место. Согласились на переселение не все. Заведующая экспозиционным отделом Бердского историко-художественного музея Наталия Шапенкова процитировала подлинный документ, сообщение лейтенанта госбезопасности Склярова вышестоящему начальству о том, что 294 жителя Мологи предпочли утонуть вместе со своей малой родиной, примкнув себя цепями к своим жилищам.

Наталия Фёдоровна напомнила, что и в нашем городе в своё время ходила легенда о некоей женщине, вместе со своей дочкой оставшейся в погребе и там встретившей смерть во время затопления Старого Бердска. Но это легенда, не подтверждённая ничем – а в случае с Мологой вот он, подлинный документ. И ещё одно отличие: когда строилась Новосибирская ГЭС, чашу будущего водохранилища вычистили до основания. На месте грядущего затопления разбиралось и оттуда вывозилось решительно всё, вплоть до последнего кирпича или бревна. Поэтому на дне Новосибирского водохранилища нет никаких затопленных зданий. А на дне Рыбинского водохранилища – целый город, к нему спускаются и его фотографируют дайверы, в нём до сих пор работают подводные археологи, к месту его расположения проводятся теплоходные экскурсии, а в 1995 году в Рыбинске был открыт музей Мологского края.

В связи с этим, Марина Смирных, старший методист центра туризма «Юность», рассказала, что и бердские ребятишки из «Юности» каждое лето на лодках и катамаранах наведываются на оставшиеся после затопления Старого Бердска острова, находят там предметы старого быта, пишут исследовательские работы.

И вот он, долгожданный миг: на видеосвязь с Бердским музеем через скайп выходит Светлана Мокрова, директор Калязинского краеведческого музея. Древний русский город Калязин пережил и татаро-монгольское нашествие, и братоубийственные войны между ростовскими и новгородскими князьями. А во время реализации проекта «Большая Волга» в 1938-1939 годах на дне Углического водохранилища оказалась и большая часть старинного Калязина, и Николо-Жабенский монастырь с Никольским собором. И лишь удивительной красоты колокольня этого собора не затонула – стоит она сегодня на маленьком островке недалеко от Калязина. В начале нынешнего века она была отреставрирована и оснащена пятью колоколами, к ней постоянно плавают на теплоходах экскурсанты, а с 2007 года в ней регулярно проводятся богослужения.

Иркутский музей имени Сибирякова прислал на слёт записи песен народного ансамбля «Бела Тара», собранные у бывших жителей затопленных деревень. А затоплено было водами Братского водохранилища в пятидесятые годы прошлого столетия часть старого Братска и более ста деревень. Теперь от них остались одни только эти песни. Да памятные поклонные кресты с надписями: «Господи! Спаси и сохрани Россию!».

Конференция никого не оставила равнодушным. Озвученные на ней цифры и факты, показанные фото- и киноматериалы в полной мере обозначили масштаб бедствия, постигшего не только наш город – всю Россию. Да, страна много приобрела от этой преобразовательской деятельности, от строительства целого каскада гидроэлектростанций. Но утраты были не менее грандиозны. Мы потеряли десятки городов, сотни сёл и тысячи деревень; мы утратили значительный пласт нашей истории. Осталась только память – и дай Бог сохранить хотя бы её.

Печальный список

Вот (далеко не все) российские города, затопленные в результате строительства различных ГЭС:

  1. Балаганск (Иркутская область);
  2. Корчева (Тверская область);
  3. Молога (Ярославская область);
  4. Пожедумье (Карелия);
  5. Бердск (Новосибирская область);
  6. Скнятин (Тверская область);
  7. Ставрополь-на-Волге (Самарская область);
  8. Хвалынск (Саратовская область);
  9. Дедюхин (Пермский край);
  10. Корчева (Тверская область);
  11. Пучеж (Ивановская область);
  12. Спасск-Татарский (Татарстан);
  13. Шагонар (Тыва).

Фото автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2017 Свидетель
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru